Статистика
Сайты беларуси Rating All.BY
Введите ваш email

Подписка на RSS  Подписаться на RSS-ленту

Анонсы Кольца
Комментарии

Почему я не хочу перемен

    На почту Кольца патриотических ресурсов Беларуси пришло очередное письмо с просьбой опубликовать. Далее цитата.

    «Очень трудно искать в темной комнате чёрную кошку, тем более, если её там нет», – говорил Конфуций. И как часто мы в своих бедах виним кого угодно, но только не самих себя, любимых и правильных. Чуть больше двадцати лет назад взошла звезда по имени Солнце: звезда Виктора Цоя. А его призыв « Перемен! – Требуют наши сердца» отозвался в сердцах миллионов, не желающих мириться с косностью и рутинностью старого мира, его замшелой идеологией и себя проедающей экономикой. И перемены грянули!!!

    Пришёл пухлый Егор, внук прославленного красного комиссара и писателя Аркадия Гайдара, принёс программу либерализации и становления рыночного государства и передал её Борису Ельцину. А уж следом понаехали – понабежали, высокие да молодые, кто рыжий, кто с двойным гражданством…И пошло, как по маслу, которое в то время, как и по сей день, возят в Москву из Беларуси.

    О тех ли переменах пел Виктор Цой и каждый из нас на многотысячных стадионах? Не знаю, не знаю. Когда идея овладевает массами, – она становится силой, побудительным мотивом социальных преобразований. Так, вроде, учил вождь мирового пролетариата? Но идея – это только идея, а воплощают её в жизнь люди со своими жизненными установками и слабостями характера. От того и казнокрадство стало обыденным делом в странах СНГ, поскольку государственная власть не о государстве стала думать, а о власти над людьми и о механизмах использования этой власти в своих личных интересах.

    Ураганом прошлась демократическая перестройка по некогда необъятной родине, оставив за собой опустошенные поля и обанкротившиеся предприятия. Но кровожадному Молоху этого было мало, он хотел владеть мыслями и душами людей. Так появились «свободная пресса и независимое телевидение» – одна из главных иллюзий интеллигентствующих людей с демократическими замашками.

    Мы часто спекулируем этим понятием (я не о «замашках», а о «демократии»), ясно не представляя, какую содержательную нагрузку оно претерпело с течением времени. В древней Греции ранние демократы, дорвавшись до «народовластия», закапывали по шею в землю представителей аристократических родов и затаптывали их конями. Не думаю, что на это была дана индульгенция всего греческого народа, скорее всего, это было сведение личных счётов. Как это напоминает «красное колесо» и массовые расстрелы «именем трудового народа» в большевистской России, начиная с 1918 года. В том же году Владимир Ульянов, он же председатель Совнаркома, в беседе с наркомом просвещения Анатолием Луначарским высказался примерно так: «Ну, теперь-то мы быстро создадим демократическое общество», на что его собеседник заметил: «Французы больше ста лет живут при демократии и у них до сих пор только ощущение демократии. У нас же нет даже предчувствия ощущения её». Горе царской России 1917 года как раз и состоит в том, что от февральской «буржуазно-демократической» революцию она уже через полгода впрыгнула в октябрьскую «социалистическую», так и не разобравшись, каким же образом народ сможет реально реализовать свои властные полномочия? Да и делал-то её не русский народ, а иные…

    Демократии надо учиться десятилетиями, долго и терпеливо, по капле выдавливая из себя раба, как писал Чехов о себе. И начинается она с гражданского осознания и уважения к ближнему, с улыбки и вежливого обращения, с уважения и тактичности в поведении по отношению к другому человеку. Американцы вообще демократические долгожители. Образованная на территории этой страны самая влиятельная в мире общественная организация «Дом свободы», отслеживающая все демократические процессы в 130 странах мира, не относит, как ни странно, устройство своего государства к демократической форме правления, ибо там налицо поликратия: власть нескольких десятков промышленно – финансовых групп.

    Европейская Конвенция о Защите прав человека и основных свобод хороша и приятна глазу, но почему-то считает человеком только европейца, о чем красноречиво свидетельствует Шенгенское соглашение. Специалисты по международной юриспруденции давно обратили внимание на этот дискриминационный документ в отношении иных людей – но где там! А воз и ныне там.

    Впрочем, в просвещенной Европе за деньги любой может купить паспорт европейского образца, что и делают десятки тысяч наших бывших соотечественников-прибалтов, наводнивших Брюссель. А «карта поляка», не к ночи упомянутая, это вообще попытка внести смуту по этническому признаку на территории сопредельного государства. Впору нам рассмотреть через лупу законов и норм международного права это ноу-хау руководства Польской Республики, сделать правильные выводы и изобрести что-нибудь свое, оригинальное. Идеи есть, можно не сомневаться. Почему-то принято считать, что демократия – это свобода и панацея от всех социальных бед. Сама по себе демократия ничего не даёт, она не спасает от кризиса и девальвации, от болезней и старости. Демократия – это всего лишь возможность такой процедуры волеизъявления народа, как всенародное голосование, при котором каждый может выбрать любую форму государственного правления и любого руководителя страны. И уж совсем недемократично навязывать эту процедуру всем странам и народам, для которых присущ иной менталитет и форма общественного устройства. Сингапур и близко не стоит с демократическими странами, и более жестче страну ещё надо поискать, но большинству европейцев остается только завидовать уровню жизни тамошних граждан. Дело не в государственном устройстве, а в доверии народа к действующим органам власти, как к центральным, так и местным.

    И тут на ум приходит старик Конфуций, недаром конфуцианство стало моральным этическим фундаментом в государственном политическом устройстве Китая. «Несчастный тот народ, кто живет в эпоху перемен». Восточное мышление консервативно, оно не направлено разрушать всё «до основания, а затем..», как призывал европейский Интернационал. Общество может развиваться не только революционным путём развития, но и эволюционным, постепенным, оставляя и бережно развивая всё лучшее, на взгляд большинства граждан. У каждого народа есть своя историческая память предков, свои ценностные ориентации и моральные принципы, своё представление о фундаментальной этической категории «Справедливость».

    Справедливость – это не то, что выгодно мне, а то, то рождается от угрызения совести. А совестливое отношение к жизни – это значит ходить под Богом, жить под взглядом его пристальных глаз, кожей чувствовать его осуждение. Живем как бессмертные, умираем словно навсегда. Противно смотреть на жирных российских котов, улыбающихся с экрана телевизора, бросивших на растерзание жёлтому Дьяволу миллионы немощных и старых в эпоху перемен. И это в стране, где 65 процентов мировых запасов энергетического сырья!

    Государственная политика, выбранная белорусским народом, это политика не только гражданского единства населения республики, но и совестливого отношения к судьбам людей, в первую очередь, социально слабым и неадаптированным слоям населения. С тонущего корабля бегут крысы, но капитан покидает его последним. А наше судно не только не затонуло, но и выравнялось, идёт, хоть и с залатанными пробоинами, но на плаву. Преобразования, конечно, необходимы, но не ПЕРЕМЕНЫ!

    Можно сдаться на милость победителя, и нам пришлют вагон американских бумажек, и пусть выживет сильнейший по теории социал–дарвинизма. Вспоминаю подписанта Беловежских соглашений с фамилией Шушкевич, который сказал в ходе предвыборных поездок в 2000 году в Бресте: «Будем жить как поляки, что плохо живут?». Живешь хорошо, когда счастлив, а счастье, как переживание полноты бытия, не измеряется материальными благами, а пребывает в сфере мерил духовного состояния человека. И если Александр Невский, Иван Грозный, Александр II считали делом своей жизни противодействовать силам зла, то почему современным государственным лидерам нельзя противодействовать новому миропорядку однополярного мира?


    Добавил: Стас Аллов
    30.08.2011